Рассказ Игоря
Автор: Игорь
        * в тексте использованы имена - псевдонимы(Удивь, Агент, Лосиха)
       
        Недавно произошло одно, как мне показалось, не значительное событие. Которое
потянуло за собой целую цепь воспоминаний. Воспоминаний о снах. Снах, которые мне снились почти десять лет назад. Вернее, тогда я считал их снами, только более яркими и наполненными событиями. А сейчас мне кажется - это были воспоминания.
        Воспоминания о каких-то прошлых жизнях. Которые я, возможно, проживал. А событие это - всего лишь фраза моего маленького сына, которую он произнёс во время нашей игры с ним: "...па, а помнишь как мы воевали..."
И вот этот Сон:

        «…как странно, почему-то пахнет прелыми листьями и хвоей. А ещё болотом.  Откуда здесь болото? И почему гудят и ноют ноги. Словно я за день отмахал добрых полсотни километров. Я же точно сегодня никуда не выходил из дома. Рано ещё.  Да  выходной сегодня. И на дворе июль.
        Веки с трудом начали разлепляться. Как промозгло вокруг. Одежда пропиталась влагой и запахом болота. Кажется, он вьелся в кожу и невозможно его отмыть. А я только позавчера парился в бане. Что же это я такого делал вчера, чтоб так вот пропахнуть потом, листвой и болотом. Или мне это снится? А если снится, то откуда эти капли тумана на лице? И ещё небо, словно свинцовое. Я пошевелил головой. Нет, это точно не сон. Тогда где это я, и что вообще происходит?
        «Похоже, не оторвались, командир».
         Чей это голос? Откуда я знаю его? И почему  командир?
        «Километрах в трёх справа от нас. Похоже свежая часть. С собаками. И миномёты с машин выгружали. В болото надо. Они туда не сунутся».
Вот почему пахнет болотом. Мы уже неделю петляем как зайцы, а на хвосте у нас чуть ли не весь гарнизон Кенигсберга.
        Потом была бешеная гонка по лесной чаще. И короткая стычка, то ли с ополченцами, то ли  со связистами. Не весть откуда оказавшимися в лесу. Нас все-таки прижали к болоту, и пришлось забираться в самую топь и нырять в вонючую жижу от каждой мины, а потом почти сутки выбираться на другую сторону этого чёртова болота.
        А нас уже ждали. Дали возможность выбраться на сухую полянку и жахнули из пулемётов почти в упор. Положили треть группы и языка. Черт! Зачем мы его тащили?
Осколком поцарапало левую щёку. Что то впилось в икру , словно раскалённый гвоздь вогнали. А потом что- то ухнуло сбоку, и пришла темнота. А с ней такая тяжесть…
        Я открыл глаза. На телевизоре будильник.  Три часа утра. Просыпался я так, словно всплывал с большой глубины. Тяжесть постепенно уходила. Ничего себе сон! А может не сон? Тогда что? Рука ноет как от лёгкого ожога. Ну, правильно. Я же ухватил MG прямо за кожух. Щека чешется, и в ноге, что- то тупо болит. Если это не сон, тогда что же? И где это меня носило?...


        После этого сна прошло лет, наверное, шесть. Как- то Лосиха правила мне жилы и дотронулась до икры на левой ноге.  Говорит, мол, у тебя тут что-то есть и надо вытаскивать. А у меня такая боль в ноге. Словно раскалённым гвоздём там ковыряют. И образы. Словно кадры в кино. Лес, болото, немцы. Сырость эта и запах прелых листьев.
Я тогда много чего наговорил, пока она мне «пулю» вынимала. Долго возилась. Удивь с Агентом, наверное, меня за сумасшедшего приняли.

        Мы с моим сыном сидели на кухне и собирали пазлы. Ему четыре года. А ещё песню пели. «По высокой траве». И вдруг он очень спокойно говорит, мол, пап, а помнишь, как мы с тобой тоже воевали. Мы тогда очень долго по лесу бежали. У меня пулемёт был тяжелый. Я сначала подумал, что фантазирует. А у него взгляд совсем не детский и с такой не то иронией, не то с вопросом. А у меня мороз по спине и голос в голове звучит «… не узнаёшь, ротный?» И снова этот лес и болото. И туман клочьями. И запах хвои и опавшей листвы.
        Длилось это, каких то несколько секунд. Мы даже успели куплет песни подхватить. Той, что пели. И Олег, как ни вчём не бывало, смотрит на меня  и спрашивает: « Па, тут двух штучек не хватает или мы собрали не правильно?» Я как не всматривался ему в глаза, так ничего и не увидел. А вот ощущение запомнил. Словно каким то сквозняком тянуло, когда он меня спрашивал, помню ли я.»